?

Log in

Бушин о Гранине и о войне - Вот он мой дом - Зеленолесье! (с) [entries|archive|friends|userinfo]
Ужас, летящий на чём попало

[ userinfo | livejournal userinfo ]
[ archive | journal archive ]

Бушин о Гранине и о войне [июн. 7, 2014|01:20 pm]
Ужас, летящий на чём попало
Оригинал взят у proseka199 в Бушин о Гранине и о войне
Кстати, для Алексея alter_vij - Бушин тут и на Вас ссылается :-)))
=============
Дилетант в эфире
Владимир Бушин
http://zavtra.ru/content/view/diletant-v-efire/
http://zavtra.ru/content/view/diletant-v-efire-2/
http://zavtra.ru/content/view/diletant-v-efire-3/
http://zavtra.ru/content/view/diletant-v-efire-5/
http://zavtra.ru/content/view/diletant-v-efire-6/
http://zavtra.ru/content/view/diletant-v-efire-7/

<...>
Нарисовав такую вот картину войны, Гранин решил высказаться и о послевоенных обстоятельствах, связанных с ней. И начал опять с пленных: "Одно из тяжких и постыдных последствий войны — отношение к пленным. Плен у нас карался как преступление…Бывших пленных подвергали репрессиям. Они пребывали отверженными, бесправными". Как всегда — ни фактов, ни имен. "Бесправные"! Назвал бы хоть одного, лишенного водительских прав. А я могу назвать много людей, в том числе писателей, которым плен не помешал и жить в столице, и учиться или работать там, где хотели, и печататься, и получать премии, ордена, и в партию вступить.
В Литературном институте, как тогда говорили, идеологическом, со мной учились изведавшие плен Н.Войткевич, Б.Бедный, Ю.Пиляр, русскую литературу преподавал А.Н.Власенко. Коля Войткевич был до того отверженным, что все пять лет оставался старостой нашего курса. А Бориса Бедного покарали публикациями многих рассказов и повестей, а также постановкой фильма "Девчата" по его повести, который до сих пор иногда показывают. И Юра Пиляр не избежал репрессий в виде издания нескольких повестей и романов. И все они были членами Союза писателей.
Но вот имена гораздо более известные — упоминавшийся Степан Злобин и Ярослав Смеляков. Оба занимали важные должности в Московском отделении Союза писателей: первый — председатель секции прозы, второй — поэзии; оба получили высокие литературные премии — Сталинскую и Государственную, у обоих выходило много книг, в том числе собрания сочинений в 4-х и 3-х томах. А всего в справочнике "Отчизны верные сыны" (М., 2000) значится более двадцати писателей, которые были в плену. Что может этому противопоставить Гранин? Поискал бы, нашел бы хоть парочку фактов, а они, конечно, были, ибо перестраховщиков и долдонов не сеют, не жнут, они сами родятся. Поэтому ЦК и СНК вынуждены было принять постановление, чтобы утихомирить их. В нём говорилось: "Осудить практику огульного политического недоверия к бывшим советским военнослужащим, находившимся в плену или в окружении противника" (Цит. по "Правда", 19 мая 2005). Но ему лень искать факты, копаться, его и без этого власть осыпает наградами да премиями.
И нет конца старательному вздору: "Только спустя двадцать лет после войны, в 1965 году, отметили солдат медалью в честь Победы". А к тому времени, дескать, немало фронтовиков, тем более раненых, уже умерли, так и не дождавшись медали. Какое бездушие!.. Тут уж приходится заподозрить полный маразм… В 1965 году мы получили медаль не в честь Победы, а в честь её Двадцатилетия, это была памятная акция. Медаль же в честь Победы — "За Победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг." была учреждена Указом Верховного Совета СССР сразу после окончания войны — 9 мая 1945 года. Её получили около 15 миллионов человек. Очень многие — ещё до (де)мобилизации, и вернулись домой уже с этой медалью, другие получили позже в своих военкоматах. Я, например, — 9 января 1946 года в райвоенкомате Сталинского района Москвы. Если Гранину её почему-то ни тогда, ни позже не дали, то это факт его биографии, а не 15 миллионов фронтовиков. А разве к тому же медали за освобождение наших городов или за взятие чужих это не медали в честь Победы? Как иначе я могу смотреть на мои медали "За взятие Кенигсберга" и "За победу над Японией"? Большинство таких медалей тоже были учреждены вскоре после отмеченных в них событий.
И тут же новый заоблачный взлёт ума: "Сталин ни разу не вспомнил погибших за родину". Ни разу! Чистое полоумие. Все приказы Сталина о наших победах, о взятии городов заканчивались словами: "Вечная слава героям, павшим в боях за свободу и независимость нашей Родины!" И в обращении к народу 9 мая 1945 года было сказано: "Вечная слава героям, павшим в боях с врагом и отдавшим жизнь за свободу и счастье нашего народа!" И в обращении 9 сентября 1945 года по случаю обеды над Японией: "Вечная слава героям, павшим в боях за честь и победу нашей Родины!" И все эти приказы печатались многомиллионными тиражами в газетах, да ещё гремели на всю страну по радио. Ну, совершенно немыслимо, чтобы Гранин не читал и не слышал этого хотя бы раз 10-20. Значит, лукавый старец опять сознательно, намеренно лжет в расчете на молодежь, на поколение, которое не могло быть очевидцем этих приказов.
Но однажды, представьте себе, Гранин сказал правду. Вот она: "В 1946 году сняли выплату пенсий (?) за ордена. Деньги шли маленькие: в месяц за Красную Звезду — 15 рублей…Ликвиднули, ничего не объясняя". Это — святая правда из грешных уст! Но, во-первых, 15 рублей это сейчас "маленькие деньги", фу-фу, одна поездка в метро, а тогда билет в метро стоил 5 копеек, и 15 рублей были тогда вполне приличные деньжата, особенно, если ежемесячные. Во-вторых, из орденов больше всего награждений было как раз Красной Звездой — 2.860 тысяч, почти три миллиона. Сколько же получается всем награжденным ею в год? 15х12х3.000.000 = около 500 миллионов рублей. А всего за время войны за боевые отличия было около 13 миллионов награждений. В тылу же одной лишь медалью "За доблестный труд" награждено свыше 16 миллионов человек. А ведь было немело награждений и до войны. И платили не только за ордена, как пишет Гранин, но и за медали. Медалью "За отвагу" было награждено около 5 миллионов человек, медалью "За боевые заслуги" ещё больше. Я получил обе эти медали, и мне платили за них 10 и 5 рублей. Нетрудно сообразить, какие тут набирались в целом по стране гигантские суммы, каким бременем они ложились на государственный бюджет. А страна-то в каком состоянии после войны находилась? Кто, кроме нас самих, на что, кроме наших средств, можно было восстановить разрушенное хозяйство, поднять города, возродить деревни и села. Вот почему выплаты были отменены, действительно "ничего не объясняя". Никакие объяснения фронтовикам и труженикам тыла просто не требовались. Народ и без объяснений понимал, каковы дела.
Но почему Гранин вспомнил об этом? Да потому что у него как раз был орден Красная Звезда, за который он каждый месяц получал 15 рублей, и вдруг его этой суммы лишили. И вот шестьдесят лет он это не может забыть и не в состоянии простить. И объявил как страшную несправедливость. И это в дни, когда народ, вся страна ограблены в невиданных за всю историю масштабах…
Недавно Д.Гранин был приглашен в Германию и выступил там в бундестаге с рассказом о ленинградской блокаде. Как говорится, в общем и целом выступление заслуживает одобрения. Полезно было напомнить немцам о кровавых деяниях их отцов в России. Но было в нем немало и странных, загадочных и просто неприемлемых заявлений в уже знакомом нам духе. Например, он сказал: "Война для меня началась 22 июня 1941 года". Война для всего советского народа началась в этот день, для многих — даже с самого раннего утра, под бомбами. Не следует писателю говорить о себе особо. Во врезке к речи Гранина в бундестаге сказано, что он "провел все 872 дня в осажденном Ленинграде". На самом деле, вначале он служил в войсках Ленинградского фронта, защищавших город, и мог быть в Ленинграде только наездами. Ну а где проходила его служба позже, мы знаем.
Ни на чем не основано сделанное в бундестаге заявление, что "противник мог войти (!) в город, но понимал, что город и солдаты будут стоять насмерть", и потому, дескать, не "вошел". Немцы не знали, что ли, как два с половиной месяца стояли защитники Одессы, как больше восьми месяцев стояли защитники Севастополя? Прекрасно знали. А вот писатель, как видно, до сих пор не знает, ему это не интересно. Всё зная, немцы, однако же, "вошли", как деликатно выражается писатель, в названные города. Знали немцы и то, как стоял Сталинград, но из кожи лезли, чтобы "войти" в него. И даже когда их там окружили и грозило полное уничтожение, Гитлер запретил Паулюсу прорыв и требовал держаться.
"Восемнадцатая армия фон Лееба отбивала все попытки прорвать оборону". Писатель-фронтовик путает слова "оборона" и "блокада". Простим Герою. Но можно ли простить картину, будто Лееб, как какой-нибудь генерал-майор, командовал всего одной 18-й армией, и её-то силами и штурмовал Ленинград. В действительности, генерал-фельдмаршал Лееб командовал группой армий "Север", в которую, помимо 18-й, входили ещё 16-я армия и 4-я танковая группа, всего это 29 дивизий, из коих 6 танковых да ещё 1-й воздушный флот — 760 самолётов. И всё-таки эти огромные силы прорваться в Ленинград не смогли.
Он пишет: "Наша пропаганда нравственных запретов не имела". Да, ваша пропаганда, как видим, Гранин, действительно не имеет никаких запретов. И вот ещё пример этого. Дико читать, что немцы, зная о высокой смертности в Ленинграде, радовались и тому ещё, что "не надо будет никого кормить". Повторю, как уже говорил: это мог сказать только человек, не имеющий никакого представления о том, что за война была в 1941-1945 годы. Это мы, освобождая от фашистов немецкие города, кормили немцев из своих походных кухонь, прежде всего детей и стариков. А они где, кого, когда накормили? Они грабили и убивали. И только. Известно заявление Геринга в первые дни войны: да, в этом году погибнет от голода 30 миллионов русских. Весьма примечательно, что в 1991 году именно эту цифру назвал и наш доморощенный Геринг по имени Чубайс: погибающие сами виноваты — они не вписались в его реформы.
С высокой трибуны бундестага писатель заявил на всю Германию, на весь мир: "Маршал Жуков приводит цифру — 1 миллион 200 тысяч голодных смертей". Сам Гранин в "Блокадной книге" называл другую цифру — 900 тысяч. Но то было в Советское время. А теперь, после контрреволюции, можно чужими авторитетными устами вбросить и побольше на 300 тысяч. Но это очередное вранье, за которое надо извиняться. Вот что на самом деле писал маршал Жуков: "Мы совершенно не собирались скрывать число жертв преступлений немецких фашистов. Мы об этом никогда не забудем! Просто установить сразу после войны подлинные цифры жертв осады оказалось делом нелегким. В страшную блокадную зиму 1941-42 годов точно подсчитать умерших от голода было некому.
Первой объявленной цифрой погибших было 632 тысячи человек. Советские историки затем уточнили эту цифру. Вот что было написано в пятом томе "Очерков истории Ленинграда": "От налетов авиации и артиллерийских обстрелов погибло 16 467 ленинградцев и 33782 человека получили ранения. Не менее 800 тысяч ленинградцев — погибли от голода и лишений. Таков итог вражеской блокады".
Впоследствии Чрезвычайная Государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков установила, что за время блокады Ленинграда погибло от голода 642 тысячи и от налётов фашистской авиации и артобстрелов пали около 21 тысячи человек" (Воспоминания и размышления. М., 1992.Т.2, с. 210).
Что же в итоге? Маршал Жуков приводил данные о смерти от голода 642 тысяч ленинградцев, а писатель Гранин, лауреат премии Генриха Гейне, приписал ему 1 млн. 200 тысяч, т.е. соврал немцам как бы чужими устами, цифру, преувеличил почти в два раза. За такие проделки канделябрами бьют. Невзирая на возраст.
Дальше, развесив уши, немецкие законодатели слушали: "Когда на Ладожском озере лед окреп, по нему проложили "Дорогу жизни" и началась эвакуация". Началась!.. А что ж, поглощая ромовые бабы, Жданов, командующие Ворошилов, потом Жуков, Говоров и другие руководящие товарищи не догадывались, что ведь можно эвакуировать, организовать хоть какое-то снабжение и по воде? Существовала же Ладожская военная флотилия. Это в августе 1941 года — 66 кораблей и катеров, даже одна подводная лодка. Да ещё, надо полагать, имелись гражданские суда. А авиация? И коммунистические тупицы не догадывались всё это использовать, ждали ледовой дороги? Ведь она, как известно, была открыта лишь 22 ноября. Вот только тогда и "началась эвакуация"? Лжец! Она началась ещё до блокады — 29 июня 1941 года, на пятый день после того, как был создан Совет по эвакуации при правительстве (А.Волынец. Цит.соч. Стр. 333) И даже тут Герой соврал почти на полгода, героических и страшных.
И дальше всё в том же ледовом духе: "Пока не растаял лёд на Ладожском озере, удалось эвакуировать 376 тысяч человек" И всё? Молчит. И куда флотилия делась? Так вот, почетный гражданин Санкта, эвакуация проводилась и зимой и летом. И по воде, и по льду, а отчасти и по воздуху всего было эвакуировано около 1 миллиона 700 тысяч человек, в том числе самолётами — около 200 тысяч (ВОВ.Энциклопедия.М., 1985. с. 401). Приходилось мне слышать, что по распоряжению Сталина именно самолётом вывезли Анну Ахматову.
Кое в чем Гранин просветил немцев и о некоторых военных операциях. Например: "Синявинская операция длилась до конца октября. Ничего не получилось с прорывом блокады. Наши войска потеряли 130 тысяч человек". Во-первых, операция продолжалась не до конца октября, а до 10 числа. Во-вторых, потери бывают разные: убитые, раненые. Гранин сказал так, что можно подумать 130 тысяч — это убитые. На самом деле наши безвозвратные потери составили не 130 тысяч, а около 40 тысяч, это 21% общей численности наших войск в этой операции, санитарные потери — 73 589 человек, всего 113 674 человека. (Г.Ф.Кривошеев и др. Книга потерь. М., 2009. С.180), а вовсе не 130 тысяч. Конечно, любой человек может ошибаться, но Гранин все время круто ошибается только в одну сторону — против Кранной Армии, против своего народа. Это дает основание говорить, что мы имеем дело не с ошибками, а с обдуманным, сознательным враньем. Можно ли перед такими людьми извиняться? Да с какой стати? Пусть они сами извинятся за свои вороха лжи, и не об одном человеке, как обвиняют В.Мединского, а о миллионах сограждан.
Надо ещё заметить, что есть столь кошмарные вещи, что рассказывать о них не следует, ибо они так подавляют психику, всё существо человека, что перестаешь соображать и уже забываешь виновника этого кошмара. Писатель должен понимать это лучше других. Так вот, Гранин в своем выступлении в бундестаге и не подумал воздержаться от рассказа о таких кошмарах блокады.

Первого января этого года утром в квартире Гранина раздался звонок в дверь. Телеграмма. Правительственная. Юбилейная. С цветочками. Юбиляр читает:
- "Вы по праву пользуетесь высоким, заслуженным авторитетом как мужественный, сильный духом человек…" Может быть, юбиляр подумал тут: "Ещё бы! Полвека состоять в партии и сбежать из нее — тут требуется большой дух!"
- "… как человек, прошедший огненными дорогами Великой Отечественной войны…" Возможно, юбиляр, читая это, вспомнил все свои огненные дороги, включая те, что проходили через Горький, Ульяновск, Москву, Тулу. Возможно.
- "…как выдающийся писатель и публицист, как настоящий русский интеллигент…" Вообще-то в военных документах замполит Гранин значится как украинец, но это мелочь. Народы-братья.
- "… как подвижник…" Конечно, конечно. Всю жизнь очень много двигался и туда и сюда.
- "Ваши литературные произведения проникнуты искренней любовью к людям, в России, к её великой истории и традициям.". Конечно, проникнуты. Аж насквозь.
- "они поднимают важные нравственные мировоззренческие проблемы и в полной мере отражают вашу жизненную гражданскую позицию".

Весь день Даниил Александрович любовался на эту телеграмму, а вечером явился и сам автор её. Вы думаете, это был Медведев? Ошибаетесь. Совсем не Медведев. Они обнялись, расцеловались, и Явившийся прикрепил на груди Гранина орден Александра Невского. Этот орден был в этом случае как нельзя кстати. Ведь именно Александр Невский сказал: "Кто с враньем к нам придёт, тот от своего вранья и погибнет. На том стояла и стоять будет русская земля".

СсылкаОтветить